Как отметила директор-распорядитель Международного валютного фонда (МВФ) Кристалина Георгиева, подобные меры лишь усугубляют крупнейший в истории кризис энергетической безопасности.
«Не блокируйте экспорт нефтепродуктов, не усугубляйте шок предложения. Первым принципом должно быть не навреди», — заявила Георгиева в ходе совместной пресс-конференции с главой Международного энергетического агентства (МЭА) Фатихом Биролем и президентом Всемирного банка Аджаем Бангой в рамках весенней сессии в Вашингтоне.
Правда, пока западные страны не прислушиваются к мнению МВФ. Так, США отказались продлевать разрешение на продажу российской и иранской нефти, находящейся в море, которые были выданы в середине марта. В отношении российской нефти это разрешение действовало до 17 апреля, в отношении иранской нефти – до 21 апреля.
Глава МЭА Фатих Бироль, выступая следом, охарактеризовал текущую ситуацию как «величайшую проблему энергетической безопасности в истории». Он подчеркнул, что кризис затронул не только нефть и газ, но и рынки удобрений, гелия и нефтехимии.
«Масштаб проблемы огромен, и страны пострадают от этого. Некоторые больше, чем другие. Но я могу сказать вам: ни одна страна, абсолютно ни одна, не застрахована», — заявил Бироль.
По его данным, из более чем 80 нефтегазовых месторождений, НПЗ и терминалов в зоне конфликта более трети имеют серьезные или очень серьезные повреждения. Если март был сложным месяцем, то апрель, по словам Бироля, «вполне может быть даже хуже», поскольку отгрузки практически остановлены.
Фатих Бироль отметил, что МЭА уже выпустило на рынки 400 млн баррелей нефти из стратегических резервов — крупнейший объём в истории агентства. Это позволило временно сбить цены почти на $20. Однако, предупредил он, это лишь смягчение последствий, а не решение. Полное решение — открытие Ормузского пролива, через который проходит 20% мировых поставок нефти и СПГ.
«400 млн баррелей — это всего лишь 20% наших ресурсов. 80% у нас еще в запасе. Мы оцениваем целесообразность решения. Если и когда мы решим, что пришло время действовать, мы готовы действовать немедленно», — заявил глава МЭА.