Большой Атлантический барьер: в ближайшие два десятилетия в мире будут сформированы две принципиально разные энергосистемы – газовая — в США и электроэнергетическая – в Европе, что приведет к поляризации и расколу на мировом энергорынке.
Если в 2024 году европейские и североамериканские производители использовали почти одинаковое количество электроэнергии — около 3800 петаджоулей, то к 2050 году европейские производители будут потреблять почти на 30 % больше электроэнергии, чем их североамериканские коллеги.
Падение собственной добычи газа, зависимость от его импорта, конкуренция с азиатскими рынками и необходимость дифференцировать поставки заставили Европу более активно развивать электроэнергетику, в том числе за счет ВИЭ. В результате, цены на электричество росли более низкими темпами, чем на газ.
По данным Open Energy Tracker, в Германии цены на электроэнергию в 2025 году в среднем были на 50 % выше, чем в период с 2010 по 2020 год, а цены на газ – на 90% выше. При этом стоимость электроэнергии в ЕС в 2,4 раза выше, по сравнению с США, тогда как стоимость газа – в 5,2 раза.
Это заставляет ЕС повышать энергоэффективность и ускорять процессы электрификации. К 2050 году доля электроэнергии в энергетическом балансе ЕС увеличится до 48%. Доля газа в топливном балансе ЕС к 2050 году снизится с текущих 28% до 11%.
В США будет наблюдаться обратная картина. Собственные гигантские ресурсы заставят американский рынок увеличивать использование газа, как в генерации, так и в качестве топлива.
Средние цены на электроэнергию за последние годы в Соединенных Штатах выросли гораздо больше, чем внутренние цены на газ. По данным Управления EIA, к 2025 году цены на электроэнергию в США примерно на 40% превысили средние показатели за период с 2010 по 2020 год, в то время как цены на природный газ выросли всего на 12%.
Доля использования электроэнергии в США к 2050 году составит всего 34%. При этом доля использования газа в качестве топлива с 2025 по 2050 год останется на уровне 46%.
В итоге, если США ждет рост внутренних цен на СПГ, то Европа столкнется с волатильностью цен на электроэнергию и потенциальными перебоями в работе энергосистем, особенно в районах с устаревшими сетями. А учитывая необходимость масштабной модернизации электросетей, всем европейским потребителям электроэнергии, вероятно, предстоят годы повышения тарифов на электроэнергию.
Кроме того, это может породить раскол у других участников мирового рынка, поскольку две крупнейшие экономики мира будут создавать совершенно разные энергетические системы для поставщиков оборудования, производителей комплектующих и готовой продукции, а также для рабочих мест, которые они создают.